Подборка книг по тегу: "трудный выбор"
— Рыба для любовницы, — смотрю в ее наглые глаза и перевожу взгляд на Славу, — такая же худая селедка, как ты любишь.
Бросаю поднос на столик и, выпрямив спину, жду… Жду, пока он решится посмотреть в глаза беременной жене. Слава сидит и молчит, потупив взгляд.
— Котик… — голосок преобразился в детский и писклявый. Папочка ведь защитит.
Слава, наконец-то, поднимает на меня глаза. Наши взгляды скрещиваются, словно шпаги. В груди окончательно разрывается сердце. Боль пронзает меня как стрела, проносясь через макушку в пол. Он молчит, просто молчит и смотрит. В глазах безысходность и… облегчение?
На столе стоит букет, один в один мой. И открытка в нем торчит. Девушка – не дура, сидит тихо, вжимая свои кости в стул. Выхватываю открытку из роз: «С праздником. Л.М.» Привычная подпись Славы для меня везде. В мессенджерах, открытках…
Прочитав, громко начинаю хохотать. Мой смех леденит даже собственную кожу, не говоря об остальных.
— Ты даже букеты перепутал! Бедный! Бедный мой муж.
Бросаю поднос на столик и, выпрямив спину, жду… Жду, пока он решится посмотреть в глаза беременной жене. Слава сидит и молчит, потупив взгляд.
— Котик… — голосок преобразился в детский и писклявый. Папочка ведь защитит.
Слава, наконец-то, поднимает на меня глаза. Наши взгляды скрещиваются, словно шпаги. В груди окончательно разрывается сердце. Боль пронзает меня как стрела, проносясь через макушку в пол. Он молчит, просто молчит и смотрит. В глазах безысходность и… облегчение?
На столе стоит букет, один в один мой. И открытка в нем торчит. Девушка – не дура, сидит тихо, вжимая свои кости в стул. Выхватываю открытку из роз: «С праздником. Л.М.» Привычная подпись Славы для меня везде. В мессенджерах, открытках…
Прочитав, громко начинаю хохотать. Мой смех леденит даже собственную кожу, не говоря об остальных.
— Ты даже букеты перепутал! Бедный! Бедный мой муж.
Артём Вольский — московский золотой принц. Его жизнь — это бесконечный карнавал в клубах, где шампанское льётся тоннами, а девушки — лишь временный аксессуар. Его правило просто: в мире, где всё можно купить, настоящих чувств не существует.
Агата Белова - девушка из глубинки. Хрупкая и светлая, но жизнь постоянно выставляет ей препятствия с которыми нужно справляться. Она уставшая, но все равно любит этот мир.
Это история о падении с олимпа, где на кону — не состояние, а собственная душа. О том, как в мире, где ты был всем, ты становишься никем, чтобы наконец обрести себя. И о той единственной, чья улыбка может стоить дороже, чем всё потерянное состояние.
Роман о цене любви, когда за неё нельзя заплатить деньгами.
Агата Белова - девушка из глубинки. Хрупкая и светлая, но жизнь постоянно выставляет ей препятствия с которыми нужно справляться. Она уставшая, но все равно любит этот мир.
Это история о падении с олимпа, где на кону — не состояние, а собственная душа. О том, как в мире, где ты был всем, ты становишься никем, чтобы наконец обрести себя. И о той единственной, чья улыбка может стоить дороже, чем всё потерянное состояние.
Роман о цене любви, когда за неё нельзя заплатить деньгами.
– Знаешь, – сказала я, снова посмотрев на мужа и его подружку, – я сегодня была у врача.
Илья замер, почувствовал неладное и свел темные брови.
– Я беременна, Илья. Два года мы пытались, и вот… свершилось. А ты? С ней?
Тишина. Муж впал в шок. А после шумно сглотнул и глубоко вдохнул.
– Таня… – прошептал он, шагнув ко мне. – Прости. Я…
– Не надо, – перебила я. – Я уже все поняла.
Я развернулась и поспешила прочь.
– Тань, постой! Ты… ты правда беременна? – догнал меня, оперся рукой о стену у лифта.
Я молниеносно развернулась. Вулкан готов извергнуться.
– А что, сомневаешься? Хочешь тест на отцовство?
Илья замер, почувствовал неладное и свел темные брови.
– Я беременна, Илья. Два года мы пытались, и вот… свершилось. А ты? С ней?
Тишина. Муж впал в шок. А после шумно сглотнул и глубоко вдохнул.
– Таня… – прошептал он, шагнув ко мне. – Прости. Я…
– Не надо, – перебила я. – Я уже все поняла.
Я развернулась и поспешила прочь.
– Тань, постой! Ты… ты правда беременна? – догнал меня, оперся рукой о стену у лифта.
Я молниеносно развернулась. Вулкан готов извергнуться.
– А что, сомневаешься? Хочешь тест на отцовство?
Когда в настоящем появляются тени прошлого, будущее становится призрачным.
- Руки убери!- рычит на меня и дёргает рукой, пытаясь освободиться.
- Макс, поговорить надо,- тяну за собой в сторону.- Что за выдумки про любовницу, ребёнка? Откуда тебе вообще такое в голову пришло?
- А мне не пришло, я слышала собственными ушами,- смотрит с равнодушием, поджав губы.
- Слышала? От кого?
- Имя Майя Сибуль тебе что-нибудь говорит?
- Руки убери!- рычит на меня и дёргает рукой, пытаясь освободиться.
- Макс, поговорить надо,- тяну за собой в сторону.- Что за выдумки про любовницу, ребёнка? Откуда тебе вообще такое в голову пришло?
- А мне не пришло, я слышала собственными ушами,- смотрит с равнодушием, поджав губы.
- Слышала? От кого?
- Имя Майя Сибуль тебе что-нибудь говорит?
Сорок лет – ума нет? Есть! И ум, и честь, и совесть. А ещё муж, трое детей, дом, машина, карьера.
А чего нет? Любви, эмоций, счастья. Жизни, полной впечатлений и радости, нет.
Потому что ты «хорошая девочка» и всем кругом должна. А на себя уже ни сил, ни времени, да и желания не осталось.
Будешь мухой в янтаре своего правильного мирка ждать внуков? Или рискнёшь всем ради призрачного шанса осуществить мечту?
Внимание: герой ругается матом!
Роман-терапия для взрослых девочек
Бесплатно. ХЭ
Открывает цикл, объединенный идеей, но не героями. Книги цикла читаются отдельно.
Обложка от чудесной Татьяны Болотских
А чего нет? Любви, эмоций, счастья. Жизни, полной впечатлений и радости, нет.
Потому что ты «хорошая девочка» и всем кругом должна. А на себя уже ни сил, ни времени, да и желания не осталось.
Будешь мухой в янтаре своего правильного мирка ждать внуков? Или рискнёшь всем ради призрачного шанса осуществить мечту?
Внимание: герой ругается матом!
Роман-терапия для взрослых девочек
Бесплатно. ХЭ
Открывает цикл, объединенный идеей, но не героями. Книги цикла читаются отдельно.
Обложка от чудесной Татьяны Болотских
180 дней. Столько он дал мне, прежде чем… что? Отпустить? Уничтожить?
Каждый мой шаг под прицелом камер. Каждый вдох под его взглядом. Я не принадлежу себе.Но всё изменилось в тот момент, когда я узнала его тайну — страшную, запретную, ту, которую нельзя было знать никому. Теперь я не просто пленница… я свидетель.И я боюсь одного: что он решит, будто 180 дней — это слишком долго, чтобы я оставалась жива.
Каждый мой шаг под прицелом камер. Каждый вдох под его взглядом. Я не принадлежу себе.Но всё изменилось в тот момент, когда я узнала его тайну — страшную, запретную, ту, которую нельзя было знать никому. Теперь я не просто пленница… я свидетель.И я боюсь одного: что он решит, будто 180 дней — это слишком долго, чтобы я оставалась жива.
Я – тень, не более чем тень собственной сестры. Не менее материальная, чем любой другой человек. Я чувствую боль, хотя любые синяки и порезы заживают очень быстро, нуждаюсь в еде и сне, иногда чувствую страх. Но у меня нет имени, нет прошлого и будущего. Тень рождена защищать и оберегать, но что, если однажды судьба даст мне шанс на собственную любовь и собственную жизнь?
Молодой врач Егор Петровский не может быть в стороне от событий в стране и отправляется помогать Родине так, как умеет - сначала контракт врача, потом работа в больницах прифронтовых районов.
Дома, в Москве, осталась прежняя жизнь, которая кажется уже нереальной. Там непонимание невесты, родных, друзей и большие перспективы в ведущей клинике.
Но всё это теряет ценность, когда его пациенткой становится одинокая беременная девушка Оля Миронова.
Дома, в Москве, осталась прежняя жизнь, которая кажется уже нереальной. Там непонимание невесты, родных, друзей и большие перспективы в ведущей клинике.
Но всё это теряет ценность, когда его пациенткой становится одинокая беременная девушка Оля Миронова.
Вадим и Саша учатся вместе. Она безумно и безответно влюблена в него два года, только он всячески игнорирует девушку. Но всего одна брошенная со злости фраза меняет всё в их отношениях. А может, парень вовсе и не равнодушен к ней, просто обстоятельства не позволяют любить открыто?
— Вадим! — зову, когда он подходит к двери своей машины.
— Да? — удивлён, что я его остановила.
— Я хотела кое-что тебе вручить, — робко подхожу к нему, хотя обычно робостью не страдаю. — Вот, — отдаю приглашение.
— Что это? — крутит он открытку в руке.
— Мне в субботу двадцать лет исполняется, я делаю вечеринку для всех наших. И тебя, естественно, приглашаю... — от страха сцепляю пальцы в замок.
— Спасибо, но я не смогу, Саша, — протягивает он мне приглашение обратно.
— А причина отказа?
— Занят.
— Можно ещё вопрос? — вдруг злят его слова.
— Ну? — приподнимает бровь с модно выбритой полосой.
— Ты вообще людей не любишь или просто зануда?
— Вадим! — зову, когда он подходит к двери своей машины.
— Да? — удивлён, что я его остановила.
— Я хотела кое-что тебе вручить, — робко подхожу к нему, хотя обычно робостью не страдаю. — Вот, — отдаю приглашение.
— Что это? — крутит он открытку в руке.
— Мне в субботу двадцать лет исполняется, я делаю вечеринку для всех наших. И тебя, естественно, приглашаю... — от страха сцепляю пальцы в замок.
— Спасибо, но я не смогу, Саша, — протягивает он мне приглашение обратно.
— А причина отказа?
— Занят.
— Можно ещё вопрос? — вдруг злят его слова.
— Ну? — приподнимает бровь с модно выбритой полосой.
— Ты вообще людей не любишь или просто зануда?
Проделки Злого Морока перевернули всю мою жизнь. За считанные секунды все размеренное и неспешное, безоблачное светлое будущее померкло в сумерках злых намерений. Меня спасли, но ничего не объясняя забрали прямиком в Академию Морока по приказу Ректора. Что ждет меня в месте, о котором ходят легенды? Как выжить среди одаренных, кого отметил сам Повелитель темной стороны луны? Хватит ли мне сил и смелости выдержать все, что уготовила мне судьба? Похоже, есть только один способ это узнать…
Выберите полку для книги
Подборка книг по тегу: трудный выбор